ой, я есть!

stidНепрожитый интим

О потаенном смысле стыда
Стыд – одно из самых болезненных чувств. С жарким румянцем на щеках и шее, резко вспотевшими ладонями, дрожащими пальцами, слабеющими коленями, со спазмом в животе и потупленным взглядом. Душой, сливающейся куда-то вниз. Желанием провалиться сквозь землю. А у кого-то – так самый настоящий полет в бездну, в никуда. Потеря ощущения самого себя, своего собственного тела. По сути – исчезновение.
В общем, стыд порой превращается в разрушающее (саморазрушающее!) чувство.
В фильме «Магнолия» есть эпизод с мальчиком, который участвует в интеллектуальном шоу «Самый умный». Шоу идет в прямом эфире. Мальчик очень хочет пИсать, но у него нет возможности сходить в туалет. В конце концов, он больше не выдерживает. Мокрые брюки, лужица под стулом. И тут ведущий зовет его встать и выйти в середину зала, чтобы посоревноваться в эрудиции.
Вряд ли кто из нас переживал именно такую ситуацию. Но все — массу подобных. Это провальное ощущение – ты один, ты плохой, а все на тебя смотрят и осуждают. Переживание ужасного позора. Рушащегося мира. Потемнения в глазах. Повергнутого Я.
Между тем организм – это очень мудрая и удивительная в своем совершенстве система. И плохих чувств, на самом деле, не бывает. И стыд, следовательно, тоже мудр. Что нам мешает посмотреть на него именно таким образом?


stid2Секрет в том, что мы принимаем в себе те чувства, которые с детства взрослые принимали в нас. Например, если близкие разделяли с нами нашу радость, давали пространство для нее, мы научились радоваться. Но есть люди, которые не умеют радоваться. Которых пугает это чувство. Не потому что они мрачные типы. А потому что, например, в их семье, радоваться было непринято. И их радость не находила пространства для себя и научилась прятаться. Как бы чего не вышло.
Нечто подобное может случиться с самыми разными чувствами, которые могут считаться позитивными или негативными. (С негативными, конечно, чаще).
Но стыд – это нечто особое. С ним происходит еще более захватывающая история. С детства нам внушали, что стыдиться плохо. (Стыд и срам!) И при этом утверждали, что мы просто обязаны стыдиться. (Сейчас тебе должно быть стыдно!) И мы оказывались в этаком заряженном поле конденсатора, между двумя пластинами с огромным электрическим потенциалом. В поле постоянно нарастающего напряжения, готового вот-вот разрядиться. С одной стороны жгучее: «Я должен обязательно стыдиться, чтобы вырасти хорошим человеком». С другой не менее обжигающее: «Когда я стыжусь, я чувствую себя очень плохим. Стыдиться — это же так стыдно!» И мы привыкаем играть в эту мучительную игру. Какой ход не сделай, обязательно поиграешь.
К тому же взрослые часто манипулируют детьми именно с помощью чувства стыда, чтобы управлять ими, чтобы сделать их послушными – в общем, чтобы «научить жить». Точно так же как в их детстве ими точно также манипулировали их взрослые.
Нас ругали прилюдно. Вместо того чтобы с глазу на глаз объяснить, что не так. Выставляли на всеобщее обозрение. Критиковали не за конкретные ошибки или действия, а переходили на личность. «Ты негодяй» вместо «меня обидели твои слова». Или «ты свинья» вместо «мне очень жаль, что ты уронил кашу на наш новый ковер».
Поэтому стыд часто сопровождается крайней степенью унижения, а угроза стыда ставит тебя на грань существования. Это чувство воспринимается как сомнение в самом себе как в человеке. Сомнение в своем праве на жизнь.
Психолог Эрик Эриксон, классик психологии развития, писал о том, что ребенок в возрасте от 9 месяцев до 3 лет учится переживать стыд. Тот, кто обретает этот опыт, получает и автономию, утверждается в собственном существовании, избавляется от сомнений в себе. Тот, кого стыдили слишком сильно, кем манипулировали с помощью этого чувства, тот не умеет переживать свой стыд. И не овладевает искусством самостоятельной, автономной жизни и радости от ощущения ценности самого себя.


stid3Разрушает не сам стыд, а когда мы от него убегаем.
Мы считаем, что стыдиться стыдно и попадаем в порочный круг.
Мы и не встречаемся с этим чувством, но и не избавляемся от него. В результате стыд не проживается, не проходит свой естественный цикл, а превращается нечто ядовитое и неизбывное. К нему начинает примешиваться ненависть. Ненависть к самому себе.
Где-то в глубине души кристаллизуется убеждение : «Со мной что-то не так». «Я плохой». «Я ничтожество». «Я никто». «Я должен постоянно что-то делать, чтобы оправдывать своё существование». «Я не имею право на счастье».
Где-то в глубине застревает боль от самого себя. На самом деле, это боль оттого, что контакт с чем-то важным внутри себя нарушен. Со своими важными смыслами мы как раз и не встречаемся.
С другой стороны, мы и бежим от этой боли. От этой горечи. От своей собственной «нетаковости». И еще более удаляемся от переживания стыда. И в то же время продолжаем жить в плену у этого чувства.


Joel LorandСуть в том, что стыд — это что-то очень интимное. (Не удивительно, что он так часто связан с сексом.) И потому еще столь важное. В своем чистом, природном виде, не отягощенном негативными наслоениями, это особенное переживание. Ощущение контакта со своей сутью. С чем-то очень трогательным и удивительным внутри. Это переживание собственной уязвимости. Восприятие себя как личности, отдельности, уникальности. Осязание чего-то очень нежного внутри, ранимого, глубокого, неповторимого. Спрятанного сокровища. Которое не станешь показывать всем и вся.
Стыд лежит в основе осознания себя как отдельного человека. Как в библейской притче когда Адам и Ева вкусили от запретного плода – то есть отделились от рая, от блаженного слияния с миром, каждый осознав себя как отдельного человека – они, прежде всего, устыдились. Стыд – это переживание предстояния перед Богом, перед миром. Ощущение себя пылинкой Вселенной, но в то же время такой важной пылинкой. Поэтому-то в стыде есть эти странные оттенки – ужаса и наслаждения. Но если их принять, они утрачивают свою разрушающую силу. И открывают невыразимый смысл собственного существования.
Вот и в самом начале жизни люди начинают чувствовать стыд как нечто теплое, волнующее и приятное. Трогательное переживание «Ой, Я есть», которое родителям стоит принять, понять, поддержать и защитить: «Малыш, ты сейчас стесняешься». Найти отклик в собственной душе и разделить эту интимность.
Ведь, вместе с ощущением себя как личности, за стыдом кроется и желание быть рядом с другими – быть принятым, услышанным. Потребность чувствовать свою общность с окружающими. Ощущать себя как часть целого. Но именно как автономную его часть.
Поэтому так важно не бежать от чувства стыда, а встретиться с ним. Это как осознать: «Ну, да, и во мне может быть соринка, даже много соринок, но я от этого не разрушусь». Я стыжусь, следовательно, я существую». Это признать, наконец: «Я есть!». Это разрешить себе: «Мне не надо постоянно что-то доказывать кому-то или оправдывать своё существование». Это поверить: «Я ценность. Я ценность, не почему бы то ни было, не за свои успехи или достижения. Не потому что я кому-то нравлюсь или вызываю любовь. Я ценность, потому что я есть. Потому что родился и живу. Просто потому что это я».

Еще о стыде

Светлана Гамзаева психолог Нижний Новгород #пряностидуши

Последняя иллюстрация — Joel Lorand

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *