Как не стать жертвой себя самого

Бороться и искать, найти и перепрятать

как не стать жертвой самого себяНачну с притчи (к сожалению, не знаю, кто автор этого шедевра.)
Однажды мудрец шел по лесу, размышляя о Смысле Жизни.
Внезапно на тропинке показалось Страшное Черное Лесное Говно.
— Мудрец, я тебя сейчас съем!
— Нет, Страшное Черное Лесное Говно, это я тебя съем!
Долго они препирались, но Мудрец оказался сильнее, чем Страшное Черное Лесное Говно. И съел его.
Вот и мы точно также порой так охвачены борьбой – с собой, с врагами, с проблемами, обстоятельствами, переменами погоды, что забываем о реальности, о жизни. О том, что хотелось бы съесть, а от чего лучше держаться подальше. Увлекаемся схваткой – и зависаем в ней, в болезненных, неприятных ситуациях, в «черной» полосе своей жизни. Ведь черная полоса, на самом деле, очень притягательна. Скука в ней явно не грозит. А одно из самых страшных человеческих наказаний – скука.
Взять, например, традиционные представления о рае и аде. В аду можно испытать и боль, и жар, и отчаяние, скрежет зубовный и много всего другого интересного. Благо, мировая литература и живопись богата описаниями этой части загробного мира, и все хорошо знают, каково там вообще. Не слишком приятно, увы. Но зато постоянно есть чем заняться.
А что рай? Не кажется ли вам, что его место в мировом литературном наследии куда скромнее. Ну, что о нем вообще можно написать. Сплошное блаженство. Одна скукотища, в общем. Только и остаётся, что есть яблоки да болтать с кем ни попадя.
Что ж, такие мы странные существа, люди — не терпим скуку настолько, что боимся расстаться с неприятностями, зависаем в них. Ввязываемся в вечную с ними борьбу. Как у Андрея Кнышева: в извечной битве бобра с ослом бобро должно побеждать.
Остаемся в проблемах, в борьбе с ними, лишь бы не затосковать без них. Причем делаем это, конечно, неосознанно. Ведь только неосознанность позволяет нырнуть в ситуацию с головой.

mousehunt

Мышка, которой подвластны мышеловки


Для этого, конечно, нужно что-то манящее. То, что помогает по-настоящему увлечься. Пусть не всегда столь значительное, как Страшное Черное Лесное Говно, пусть что-нибудь другое, помельче. (Хотя значительное все-таки приятнее.) Нужна какая-нибудь пусть даже дурацкая зацепка. Крючок, на котором можно удачно повеситься, чтобы не заскучать. Мы знаем множество примеров таких зацепок – в жизни своих друзей, знакомых, в той же литературе, например, или в кино.
Помните, в старой комедии «Мышиная охота» (режиссера Гора Вербински, впоследствии обессмертившего «Черную жемчужину») герои зациклились на мышке. Два брата унаследовали дом умершего отца. Но оказалось, что там уже есть постоянный жилец — маленький юркий мышонок. Братья не захотели его терпеть рядом с собой и объявили ему войну. Это была настоящая жестокая схватка с абсурдом.
У фильма было рабочее название «Мышеловка». А слоган – «Кто за кем охотится?» Хороший вопрос, который стоит себе задать, когда мы слишком увлекаемся борьбой и погоней.
В общем, братья затеяли настоящую мышиную возню не за жизнь, а на смерть. И, конечно, это оказалась война, перед которой ничто не устояло. Всё повалилось в тартарары, этот привычный и казавшийся вечным окружавший их мир. Всё… кроме, конечно, того самого мышонка.
Хотя героям стоило задать себе всего один сакраментальный вопрос: что нас, на самом деле, так дразнит в образе этой маленькой мышки? Что именно не оставляет нас в покое? Может быть, тогда они бы оценили ее юркость, легкость. Ведь юркого и легкого отношения к жизни им как раз и не хватало. А еще ее остроумия и непотопляемости. Они чувствовали себя слишком серьезно вначале.
Если бы они подружились с мышкой, вместо того чтобы охотиться на нее, они могли бы измениться прежде, чем разрушили всё вокруг себя. Но так трудно посмотреть на себя со стороны, когда с головой увлекся схваткой с самим собой.


Да и разрушить всё вокруг — это ли не достойная внутренняя задача. Дать умереть тому, чему давно уже пора умереть. Но с чем кажется немыслимым расстаться по доброй воле. Отказаться от того, что мешает двигаться. Хотя и кажется настолько важным, что мы не способны представить, как можно выкинуть это в утиль. Да хотя бы просто отставить в сторону
Те же герои «Мышиной охоты», например, были отягощены отцовским сценарием. Необходимостью жить так, как им было завещано папой. Отягощены его веревочной фабрикой, его старым домом, его ожиданиями в их адрес, семейными традициями, сыновним послушанием, любовью… И они не могли решиться вот так вот, просто, сказать всему этому «нет». (Да и кто бы смог). Ведь родительские программы очень прочно врастают в нас. Слишком глубоко, слишком верно, кажется даже — на уровне матрицы.
Вот для этого и оказывается нужна война. Или полезна черная полоса. Как способ встряхнуться, чтобы отбросить лишнее.
Вот и приходится иной раз сразиться с чем-то Большим и Черным, настолько самоотверженно, что даже его съесть. Такой зеркальный вариант истории про библейского Иону, который оказался поглощенным в чреве кита. Попытаться съесть кита самому – это тоже известный способ пережить трансформацию, преображение.


А есть способы выйти из таких ситуаций с гораздо меньшими потерями.
Кроме одного единственного шанса, похожего на сальто мортале, существует множество других, маленьких, не таких значительных шансов. Не обязательно уходить в омут с головой, наглотавшись тины и страха, чтобы выплыть. Не обязательно погрузиться на самое дно, чтобы подняться наверх. Можно просто всплыть прямо сейчас.

Дьявол из "Воображариума доктора Парнаса"

Дьявол из «Воображариума доктора Парнаса»

И здесь приходит на ум другая известная комедия – «Воображариум доктора Парнаса» Терри Гиллиама. Там главный герой заключил сделку с дьяволом (его играет Том Вейтс). Мы привыкли думать, что сделка с подобными персонажами – бесповоротное дело. Что она не оставляет иных шансов. Что мы навсегда становимся ее пленниками. Что это роковая ошибка, за которую придется расплачиваться всю свою жизнь (или всё свое бессмертие).
Но думая так, мы становимся пленниками лишь своих личных представлений и принятых стереотипов.
Потому что ничего на всю жизнь (и тем более, на всё бессмертие) не бывает. Любую сделку, даже с дьяволом (тем более, с дьяволом) можно пересмотреть. Или даже иной раз ею пренебречь. Любое своё решение – дезавуировать.
Вот и в фильме дьявол кажется всесильным злодеем, а пари, которое заключил с ним доктор Парнас, — фатальной ошибкой. Зритель уже внутренне готов к борьбе не на жизнь и на смерть и, соответственно, к трагедии готов тоже. Но…
Бессмертная сделка на поверку оказывается не вечной. А дьявол — совсем не так страшен. Выясняется, что он в фильме даже не главный злодей. Потому что главных злодеев просто не существует. (Разве вы не знаете?) И ничто не фатально, хоть так порой и проще думать. Или интереснее.
И это только кажется, будто договор с дьяволом заверяется кровью. Этот договор можно перезаключить бесчисленное количество раз. Если проще к нему относится.
А кровь просто высосать из пальца.


Никогда не говори никогда. И всё не бывает тоже. Вселенная многовариативна, изобильна. Загляните в траву, сколько там всего копошится. А на первый взгляд кажется, что кроме травы, там ничего и нет. Точно такой же процесс происходит и с нашими возможностями.
У Виславы Шимборска есть стихотворение в тему
Всё — слово, наглое и надменное.
Его надо бы заключать в кавычки.
Оно притворяется, будто не пропускает ничего,
что сосредотачивает, обнимает, содержит и имеет.
Но оно — всего лишь клочок хаоса.
И не более того.

tragicomedy

Золотые запонки трагикомедии


Итак, выбор за нами. Бороться с чудовищем или пойти дальше. «Помимо благородного искусства доведения дел до конца, существует благородное искусство оставлять дела незавершенными. Мудрость жизни — в отсеивании несущественного», — говорил Линь Юйтан.
Есть лишь один единственный шанс, — часто мнится нам. Хотя кроме него, единственного, всегда существует еще тысяча других возможностей. Просто чаще мы их не замечаем. Не хотим видеть. Потому что отказываем собственному воображению в широте. (Да и долготе часто тоже.) Потому что слишком увлекаемся драматическим сценарием. Забывая, что живем в трагикомедии абсурда.
А еще боимся вступить в пространство своей личной скуки. Неизведанной собственной пустоты.
Хотя именно там, в этой своей внутренней пустыне, мы, как древние провидцы, рискуем отказаться от искушений великого и найти простые решения. Найти самих себя. Увидеть то самое, на что бывает порой сложно смотреть. И отчего мы обычно убегаем в борьбу. В черную полосу неприятностей. В этот цепляющийся мир, который не способен сбыться. Так что, может быть, столкнувшись нос к носу с новым чудовищем, прежде чем хвататься за меч, остановиться на миг и задать себе три волшебных вопроса:
Что сейчас происходит?
Что меня так дразнит, втягивая в эту историю?
И чего я на самом деле боюсь, ввязываясь в нее?

Светлана Гамзаева психолог Нижний Новгород #пряностидуши

На главную

В тему:

Что нужно толстому мечтателю, чтобы спасти долину мира

Мы — вечная нежность себя

Волшебный вопрос «Что происходит?»

Почему мы выбираем плохие истории

Один комментарий на “Как не стать жертвой себя самого

  1. Я, как интеллектуальный зверь Медведь, думаю, что каждому человеку присуща агрессия в той или иной форме. Часто люди ее не принимают в себе и не хотят видеть в себе, а потому проецируют на мир и начинается борьба. Борьба это ведь проявление агрессии и она не обязательно может проистекать от скуки. Люди по природе своей охотники, а особенно мужчины, вот они и охотились за мышкой. Людям трудно находится в скуке, особенно трудно переносить это чувство, ведь весь мир бегает и в мире многое создано лишь для того, чтобы люди не скучали. В скуке нет ощущений жизни и многих с садика приучали чем то заниматься. Скука порождает безделье, безделье порождает ерунду, когда теряется продуктивность труда.Я думаю, переносить скуку, быть в ней, находиться и прислушиваться к себе, исследовать себя в этом состоянии это не доступно и неведомо большинству людей. Так уж воспитали людей и медведей))) Задиристость еще происходит от: «поиграй со мной..,сейчас я тебя разозлю и мы будем играть в догонялки.. «, играть это всегда весело, человек воспитывался в игре и игра это один из факторов становления и социализации. Ну что ж делать, придется людям учиться играть грамотно даже с мышью, а главное понимать, что скрывается за потребностью в игре. Ведь не только скука. Изначально потребность в игре есть у каждого человека. Посмотрите, как играют сейчас взрослые дяди и тети в компьютер,не отходят от него, ведь в их детстве такого не было. Борьба это нормальная , естественная часть жизни, начиная с зарождения человеческой жизни.Даже на медведей посмотрите, они и играют и дерутся, хотя у них нет чувства скуки, им неведома пустота, они живут в борьбе. Думаю стоит стремиться к контролируемому проявлению агрессии и тогда все будет хорошо. Животные это сделать не смогут, а вот люди да.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *