Почему это со мной?

Жизнь — это самое страшное, что может случиться

контролировать жизньКак не вызвать землетрясение

Джон Леннон написал, что жизнь — это то, что происходит вне ежедневника. Звучит красиво. Но ведь сам-то он как-то возвращался вечером домой и был застрелен странным типом с романом Сэлинджера в кармане.
Жизнь, когда она вне ежедневника, может быть абсурдной, безумной, страшной. Вообще она может быть хреновая, эта жизнь. И совершенно бессмысленной.

контролировать реальность

Джон Леннон дает автограф своему убийце за 6 часов до смерти

Не случайно, от нее, той, что не входит в наши планы, хочется защититься. Это не очень приятное ощущение, когда думаешь, что в любой момент с тобой может произойти нечто. Особенно тяжело, когда об этом “нечто” начинают еще и рождаться непроизвольные мрачные фантазии. А вдруг… Только бы не… От них отмахиваешься, а они только сильнее накрывают тебя и вертятся по кругу…
Лишь бы ничего не случилось.
Еще Блез Паскаль заметил, что “все несчастья человека происходят оттого, что он не хочет спокойно сидеть у себя дома”. А Бродский написал: “Не выходи из комнаты, не совершай ошибку. Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку? За дверью бессмысленно все, особенно — возглас счастья. Только в уборную — и сразу же возвращайся”.
Сегодня человечество особенно старательно пытается застраховаться от жизни. За это приходится платить опустошенностью, зато не так страшно. И мы добротно рафинируем реальность. Стараемся принимать здоровую пищу, считаем калории, укрощаем время с помощью тайм-менеджмента, проводим выходной пусть не в комнате, а в торговом центре, передвигаемся в коробочках автомобилей, свои чувства тоже старательно задвигаем в коробочки, смотрим на мир сквозь прямоугольные экраны мониторов, сидим в месседжерах и сетях вместо общения, эмоции потребяем с помощью фильмов,  разные гаджеты вообще-то призваны предохранить нас от всяких сюрпризов, специальное приложение в смартфоне побеспокоится даже о том, чтобы мы проснулись в нужную фазу сна — добрые и готовые к дальнейшему употреблению. Весь смарт для этого и нужен — чтобы по минимуму соприкасаться с жизнью. Реальность заменена тренажерами и суррогатами. Без вредных добавок. Да и есть ли она вообще, реальность? Современная философия постмодернизма проповедует, что ее, реальности, попросту не существует. Есть только дискурс. Интерпретация. Мир это то, как ты его объясняешь.
Постмодернизмом пропитана и психология. Всё  в твоей голове. Если ты чего-то не получаешь, значит недостаточно этого хочешь. Если тебе не везёт, значит, ты застрял в негативном сценарии.  Если ты стал жертвой токсичных отношений, значит, сам дурак и тебе зачем-то нужен был этот урок. Если заболел — значит, где-то что-то недопрожил, недоработал, ведь все болезни — психосоматика, то есть от нервов. Если случается что-то не то, значит ты делал (думал, чувствовал, жил) как-то не так.
На первый взгляд, такой подход полезен, потому что, казалось бы, дает возможность человеку принять ответственность за свою жизнь. Но я не раз убеждалась, что он может быть опасен. Потому что порождает обычно не ответственность, а чувство вины, лишает человека внутренней опоры и рождает кучу мучительных и бессмысленных “почему”.
— Ну, почему это со мной?
— Ни почему!

В моем детстве был анекдот про человека, который бежит с ручкой от унитаза во время землетрясения и кричит: «Что я наделал!!!»
Вы думаете, такое возможно, спустить бачок — и вызвать этим настоящее землетрясение? …Но ведь именно такая парадигма сегодня особенно популярна.
контролировать реальностьБудто именно ты задаешь себе те программы, по которым превращаешься в лидера или в лузера. Что любое действие и даже намерение имеет линейные последствия.
И вот ты стараешься, взбиваешь лапками это чертово молоко. Но никакой сметаны на выходе. Что-то не так? Где изъян?
Изъян в тебе, — отвечают книги, гуру и популярные посты. И ты начинаешь тонуть в чувстве собственного ничтожества, глянь, другие люди — у них-то все хорошо. Они успешны, счастливы, богаты, здоровы. А в тебе что-то не так.
Плохие события и так переживать непросто. А тут — такое.
В результате первичные страдания по поводу несчастья или неудачи добавляются серией вторичных страданий — “что же со мной не так!?”.
Подобный способ объяснять мир — тупиковый. Который может оказаться даже опасным, потому что запускает механизмы саморазрушения. Раз в моей жизни что-то не ладится, значит, это я плохой. А если не ладится то и дело — совсем пропащий.

Не верьте этой порочной логике. “После этого не означает по причине этого”, знали еще древние греки. Жизнь — не компьютерная программа.
Интерпретации ничего не меняют. Меняют только подлинные переживания.
Реальность существует. И ей не надо никаких “добро пожаловать”, потому что она уже здесь и никаких приглашений не ждет.
Тот, кто мыслит позитивно и медитирует каждый день, может поссориться с друзьями, подцепить насморк и умереть.
Большое искушение — пытаться контролировать будущее. Какого напряжения оно требует и сколько иллюзий рождает. Ну, и пикантность в том, что проконтролировать его просто невозможно.
Это старая, как мир, ловушка — пытаться взять свою жизнь в оборот. Уже много веков люди придумывают способы, как построить светлое завтра. Пусть не себе, так хотя бы потомкам. И вот уже не одно столетие человечество убеждается, что любая утопия, если начать ее осуществлять, оборачивается антиутопией. Хоть в социуме, хоть в отдельной человеческой жизни. Благими намерениями все переворачивается с ног на голову. Мир — это война, свобода — рабство, незнание — сила, как в знаменитом романе Оруэлла.
…А ведь иногда банан — это просто банан. И события иногда просто случаются. Как бы мы ни старались, чтобы все было хорошо.
Нам не дано предугадать, как всё повернется. Единственное, что нам остается, отпустить контроль. И позволить произойти всему.

 

контролировать реальность

Впрочем, стоит ли об одних неприятностях. Реальность нас пугает не только чем-то плохим. Она нас пугает как таковая.
Нечаянно нагрянув, события требуют от нас полной вовлеченности. Они требует от нас искренних подлинных переживаний. Они ломают наши иллюзии. Заставляют расстаться с прежней идентичностью. Они потрясают — если это настоящие события. Хорошие, может быть, даже больше.
Потому что хорошее трогает сердце. А это наше самое уязвимое место.
Страшно встретиться с кем-нибудь по-настоящему, чтобы позволить ему затронуть себя.
Страшно по-настоящему влюбиться.
Страшно испытать настоящий успех.
Страшно быть заметным.
Страшно позволить себе свой свет. Свою яркость.
Страшно быть нежным.
Страшно молчать.
Страшно побыть в тишине.
Или в скуке.
Реальность пугает нас не столько негативом. Она пугает искренностью, подлинностью, непредсказуемостью. Этим странным вызовом, который она нам несет. Теми пронзительными переживаниями, которые вызывает.
Проще не чувствовать.
Если не выходить из дома, ничего и не случится. В том числе сама жизнь.
Настоящее причиняет нам боль, говорил тот же Паскаль. Об этом писал и  Маршалл Маклюэн, предвосхитивший наше время как минимум на полвека. Настоящее невидимо, потому что оно слишком сильно бьет по органам восприятия, говорил он. Поэтому большинство людей смотрит на мир через зеркало заднего вида.

контролировать реальностьТак что ежедневники полезная вещь, но не вездесущая, увы. Мы можем запланировать себе на завтра подвиг. Но мало кто захочет планировать себе что-нибудь сбивающее с ног и… глубоко трогающее сердце. Это ведь больно. Хотя встретиться с хаосом реальности — и есть тот самый подвиг.
Как произнес в известном фильме Морфеус: “Я не говорил, что будет легко, Нео. Я лишь обещал, что это будет правда”.

Светлана Гамзаева, психолог, Нижний Новгород, #пряностидуши

Похожее:

Стратегии поведения перед закрытой дверью

Жить с симптомом, мешающим жить

Самое страшное — то, что не случается

О пользе психологической капитуляции

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *